«Видно, что наука движется дальше…»
(интервью с Мариной Переверзевой)

В числе участников Международной научной конференции «Музыкальная наука в ХХI веке: история, теория, исполнительство, педагогика», проходившей в Астраханской консерватории 5-6 ноября 2014 года, была М.В. Переверзева – кандидат искусствоведения, преподаватель Московской консерватории им. П.И. Чайковского. О своих научных интересах, впечатлениях об Астрахани и консерватории Марина Викторовна рассказала в интервью студентке V курса кафедры теории и истории музыки М.Голованёвой.

– Марина Викторовна, в Астрахани Вы уже второй раз, как Вы оцениваете научный уровень нашей новой конференции «Музыкальная наука в ХХI веке: история, теория, исполнительство, педагогика», посвященной 45-летию Астраханской государственной консерватории? Имеется в виду уровень исследовательский, музыковедческий…

– На мой взгляд, научный уровень определяется и широтой проблематики, которая освещается на конференции, и качеством докладов, глубиной проникновения в проблематику. Разумеется, в рамках данной конференции затрагиваются совершенно разные темы, что меня очень радует, и, с другой стороны, есть специалисты, которые довольно часто приезжают к Вам на конференции, которые занимаются очень серьезными исследовательскими проблемами. В Вашей консерватории есть два вопроса, которые затрагиваются практически каждый год, это семантика и семиотика. И мне нравятся интересные доклады, посвященные этим вопросам, с которыми в Москве я могу познакомиться не так часто, к тому же читать все публикации, которые выходят в сборниках и журналах иной раз просто не представляется возможным. Могу в связи с этим отметить доклад А.В. Денисова как раз об изменении семантики, ее формы. Проблемы семиотики также видятся мне очень интересными, и их очень поддерживают Ваши преподаватели, Ваш профессорский состав. Научный уровень определяется не только докладами, но и тем, какие проблемы выбираются организаторами, это важно, и здесь несомненно поддерживается высокий уровень. Очень хорошая традиция в Вашей консерватории – отношение докладчиков к своим темам с большим трепетом, не меньшее внимание к докладам других исследователей, вопросы, дискуссии. Каждый из докладчиков привносит что-то новое, какие-то редкие страницы музыкознания. Видно, что наука движется дальше. К тому же, Вы большое значение придаете освещению разных культур, национальных традиций, проблемам краеведения Вашего города. Это значительно расширяет кругозор конференции.

— Кстати, о разных культурах. Насколько мне известно, Вы являетесь специалистом в области современной американской академической музыки. Какие тенденции в США на данный момент можно проследить в профессиональном композиторском творчестве?

— Америка – это лоскутное одеяло…Изначально это была культура, собранная из разных традиций, из отдельных элементов различных национальных черт. Поэтому и современная американская культура, к сожалению, такая же. Там есть композиторы, работающие в стиле концаXIX века, имеющие свой круг почитателей, использующие традиционные формы и средства выразительности. С другой стороны, есть композиторы, идущие в противоположную от публики сторону, если можно так выразиться, которые занимаются искусством ради искусства. Эти композиторы идут практически исключительно по экспериментальной линии. А такая музыка для публики считается очень сложной. Даже серийная техника в Америке, несмотря на то, что появилась так давно, считается экспериментальной, поскольку сложна для восприятия. Еще одна культурная ветвь – конфессиональная. В США много замкнутых субкультур, которые не позволяют стать музыке чем-то объединяющим, поскольку у каждой она своя. Все-таки эта страна объединяется не культурой,не национальными традициями, а, скорее, политикой, экономикой. В музыкальном отношении это все то же пестрое лоскутное одеяло.

— Однако для музыковедов, исследователей музыки, культура США ассоциируется в большей степени с новыми техниками, с минимализмом, с творчеством Кейджа, Гласса, Райха. Наш фестиваль «Дни современной музыки в Астрахани» показывает, что многие российские композиторы смотрят в сторону Запада и пытаются идти по этому пути. Астраханская публика такое принимает с трудом, ведь у русской музыки совсем другие основы и традиции…

— Любой композитор подходит к сочинению музыки не с чистого листа, а через призму своих национальных корней. В этом главное отличие русской и американской музыки. Американские композиторы объективно не могут быть носителями конкретной национальной культуры. Эта нация открыта для самых разных тенденция, выбирая некоторые из них, переваривая их и реализуя во что-то новое. У отечественных композиторов скорее стремление воплотить идею, образ, осмыслить некое явление. Не усваивая технику как основу, фундамент нового стиля, а используя ее как инструмент для воплощения новых задач.

Могут ли западные техники как-то изменить нашу музыкальную культуру, как в хорошем, так и в плохом смысле?

— Русская культура, на мой взгляд, достаточно опытная, достаточно взрослая, чтобы не поддаться искушению вкусить плод с запретного дерева. Русский человек уже достаточно свободен и он выбирает правильный путь. Я не хочу сказать, что композиторы США идут не по верному пути, вовсе нет. Просто американская культура – это другое восприятие, другой менталитет. Все-таки, скажем, Шнитке, несмотря на его интерес к новым техникам, остается глубоко русским композитором. Любые эксперименты, на мой взгляд, даже если они не несут что-то однозначно хорошее, нужны для того, чтобы вернуться потом к чему-то прекрасному, вечному, чтобы осмыслить все, что было до этого. Я не столько защищаю русскую музыку, сколько просто считаю, что временные выходы из позитивного в негативное все же остаются временными.

— Почему Вы избрали объектом своих исследований именно американскую музыку?

— Меня всегда привлекало современное искусство: кино, музыка, архитектура, живопись. Мне интересен тот объект, который непонятен, погружение в сам процесс поиска смысла. Я не хочу сказать, что в классическом искусстве этот поиск нельзя осуществить, но о нем написано уже довольно-таки много. Американская музыка интересна еще и тем, что в ней можно найти много граней, попытаться обнаружить ее корни, ее фундамент. Это совершенно новые традиции, идеи, формы письма, техники, которые стали активно выдвигаться именно в ХХ веке. Поэтому мне интересна современная музыка. Американская музыка в области формообразования, в области гармонии, начиная с прошлого века, – это как раз то качественно новое, что сами американцы привнесли, не опираясь практически на старые традиции. Мне показалось, что американской музыке стоит уделить больше внимания, она этого заслуживает. С одной стороны, меня к Америке привело тяготение ко всему новому и непонятному, а с другой, – именно тоновое, что американская культура сама привнесла в мировую музыку. Наука должна быть не только областью, которая занимается классификацией, систематизацией уже исследованного, наука – это область, которая должна открывать что-то новое. Сейчас минимализм уже не считается чем-то авангардным, музыка того же Гласса или Райха довольно доступна для восприятия слушателями, она начинает проникать в массы. Можно сказать, что современный человек уже даже несколько пресытился классикой, а современная музыка – это как раз тот самый выход в новое качество, чтобы потом вернуться к корням, к чему-то вечному. Поэтому я пытаюсь как-то в этом дионисийском начале найти какие-то ниточки, чтобы привнести какую-то упорядоченность, осмыслить его.

— Что бы Вы могли пожелать начинающим исследователям в области музыки?

— Я бы пожелала не бояться браться за темы, к которым есть внутреннее стремление. Молодой музыковед, обращаясь к определеннойтеме, быть может, предчувствует какие-то тенденции, новые открытия, веяния. Но с другой стороны, если браться за тему, то необходимо относиться к ней со всей серьезностью. Всегда держаться на высоком научным уровне, доводить все до конца, выполнять свою миссию хотя бы на данном этапе. Это лежит в основе любой творческой, научнойличности. И у вас в консерватории, и у нас в Москве есть молодые талантливые музыковеды и это очень обнадеживает. Понимаешь: то, что ты делаешь, – не бесполезно и кому-то нужно. Доводите все до конца и стремитесь к совершенству.

 

 

интервью провела

студентка V курса кафедры теории и истории музыки

Мария Голованёва

 

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Версия для слабовидящих