О балете «Андрей Рублёв»

Астраханский театр оперы и балета представил зрителям мировую хореографическую премьеру «Андрей Рублёв», ставшую своего рода «Знаком качества» творчества единомышленников.

         Это касается музыки (композитор, профессор Московской консерватории Валерий Кикта, музыкальный руководитель и дирижер Валерий Воронин), режиссуры (автор идеи, либретто и хореографии, хореограф-постановщик Константин Уральский), оформления спектакля (художник-постановщик Никита Ткачук, художник по костюмам Елена Нецветаева-Долгалёва, художник по свету Алексей Перевалов).

         Спектакль продолжил традицию синтеза музыки и хорового пения внутри балетного жанра, начатую с середины XX века западноевропейскими и отечественными композиторами. В каждом действии хор исполняет четыре номера (главный хормейстер – заслуженный деятель искусств РФ Галина Дунчева, хормейстер-постановщик Ольга Шабанова), усиливая глубинный смысл происходящего на сцене.

         Отмечу техническую оснащенность солистов, исполнителей главных образов балета: Андрей Рублёв (Алексей Любимов, Антон Пестехин), Юродивый (Александр Зверев, Максим Мельников), Ручей (молодые пары: Мария Стец – Всеволод Табачук, София Дудоладова – Артур Альмухаметов), специализирующихся на современной хореографии, а не на чистой балетной классике, и, конечно, оркестрантов-инструменталистов.

         Достойна уважения решимость Константина Уральского, дерзнувшего на сценическое воплощение образа гения русской живописи через то, что вечно – Добро, Жертвенность, Любовь.

         Время жизни и творчества иконописца – последняя треть XIV – первая треть XV веков – предопределило стилистику (особенности выразительных средств), звуковой колорит эпохи, цветовую символику явлений и предметов (небесный солнечный луч, лазурь Ручья жизни, серо-коричневый зловещий облик орды, белая одежда девушек, ангелов – символ чистоты, непорочности, целомудрия в видениях Андрея; красный цвет пожара; проекция иконописного сюжета на занавес в глубине сцены…), обрядовых сцен народного быта – масленица, сны Андрея (предсмертный, просветлённый), эпитафия на смерть Художника. Хореография, музыка, световое оформление вызывают массу ассоциативных смыслов.

         Начну с музыки. После премьеры (первого дня показа балета) в Малом зале консерватории состоялась встреча композитора Валерия Кикты с педагогами и студентами вуза. В ходе беседы выяснились приоритетные темы его творчества: история Руси, трагическая судьба угнетенного народа, борьба с захватчиками русской земли; роль личности (балет «Данко», «Владимир Креститель», «Пушкин… Натали… Дантес», «Дубровский», «Андрей Рублёв»). Отсюда разнообразие жанров в творчестве композитора: «Литургия Святого Иоанна Златоуста» (памяти великого певчего Ивана Козловского); оратория «Княжна Ольга», хоровые сочинения: «Святой Днепр», «Свет молчаливых звезд», «Хвала мастеру», «Возвращение Святой Цецилии»; симфония «Фрески Софии Киевской», инструментальные концерты, произведения для органа, арфы, музыка для детей и юношества, концертные духовные сочинения на поэтические тексты А.Пушкина, Т.Шевченко, В.Татаринова, великой княгини О.Романовой («Великопостная молитва», «Христос-Спаситель, помоги», «Ночь роняет звезды», «Проходят дни, проходят ночи» и другие).

         Музыка в балете «Андрей Рублёв» «договаривает», «допевает», «расставляет» нужные акценты в драматургически важных местах сюжета. В основе интонационных сфер – духовно-песенной и мрачно-зловещей – лежит принцип многообразного сопоставления микроэлементов, контрастных по ладовой и тембровой окраске. Наличие же мелких деталей, рассеянных по партитуре, в конечном счете приводит к выстраиванию из них законченных смысловых линий. Так возникла лейттема Андрея Рублёва, которая определяется общей христианской этикой кротости, смирения, любви к ближнему: «смирение – это высшая ступень из тридцати трёх духовных добродетелей» – Иоанн Лествичник, преподобный (Лестница, восходящая в небо. – М.: Артос-Медиа, 2009).

         Тем же путем возникли образы средневековой Руси («Эпиграф. Русь средневековая», №1; Средневековая Русь», №2); монголо-татарской Орды, обагрившей Ручей кровью («Грядет орда», «После орды», «Плач»).

         Впечатлениями от балета были навеяны вопросы, включающие функции и средства выразительности хоровых и инструментальных номеров. Мнения всех, отвечающих за хор театра (в первую очередь самого композитора, главного хормейстера Галины Дунчевой, хормейстеров Ольги Шабановой, Светланы Раздрогиной) совпали. Воссоздать звуковой колорит средневековья возможно только через линейный принцип организации хоровой ткани: знаменный распев в условиях неомодальности; непараллельный органум как качественное различие двух линий; изоритмический принцип композиции, освоенный в XIV веке, то есть через эстетику стиля эпохи, что и использовал Валерий Кикта.

         Средневековые образы ярко, выпукло воплощены в «Эпиграфе», «Монологе Андрея», «Светлом распеве», «Омраченном распеве», «Не рыдай мене, Мати», «Эпитафии на смерть Художника».

         Публика блаженствовала от пиршества для ушей: профессиональное мастерство (чистота интонирования, ансамблевая слитность, красота интервальных сочетаний, прозрачность звучащей материи) приобщало к мировой гармонии, к духовной сфере высокой музыки. В создании яркого балетно-хорового спектакля огромная роль отведена симфоническому оркестру. Номер «Грядёт Орда» потребовал смены колорита декораций, одежды на тёмную палитру красок. Партитура изобилует тембро-ритмическими комбинациями с участием ударных инструментов. Господство динамического и фактурного crescendo подкреплено выдержанным ostinato, ударами и «трелями» большого барабана, введением литавр, использованием низкого регистра, мощным «голосом» тяжелой меди, тембро-гармонией (диатонические и хроматические кластеры оркестра), виртуозными glissandi в хоровых партиях.

         Итак, премьера балета «Андрей Рублёв», написанного в 2014 году, состоялась. Его постановка = мастер-класс свидетельствует о больших возможностях театра. Публика готова к восприятию высоких чувств, способна «заглянуть внутрь себя», о чем свидетельствует реакция зала (оглушительные аплодисменты) после эффектных завершений действий «минутой тишины» при погашенных светильниках – повод для осмысления увиденного и услышанного. Брависсимо!!!

А.В. Свиридова,

заслуженный работник высшей школы РФ,

кандидат искусствоведения, профессор

кафедры теории и истории музыки АГК

Фото К.В. Гузенко

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Версия для слабовидящих